27.05.2013

28 июня 2005 - Аргументы и факты. Сергей Дроботенко: «Не такой уж я и одинокий»

ЗА ПЛЕЧАМИ юмориста Сергея ДРОБОТЕНКО Омский институт инженеров железнодорожного транспорта, преподавание электротехники в лицее и работа ди-джеем на радиостанции «Европа Плюс». Однако своим главным жизненным университетом артист считает армию, два года службы в танковых войсках.

Четыре голые женщины

— СЕРГЕЙ, значит, армию вспоминаете добрым словом?

 — Добрым, потому что стараюсь оставлять в памяти только что-то хорошее, а негативное забывать. Я попал в армию после второго курса института в 88-м году, когда Афганистан закончился, а Чечня еще не началась. В этом смысле мне крупно повезло, служил на Дальнем Востоке в мирное время. Два года в армии закалили как физически, так и морально. Каждый день подъем в 6 часов и пробежка. Из одежды только кирзовые сапоги и трусы. Даже когда на улице было чуть выше 0 градусов, мы все равно бегали в таком же виде, пугая местное население. Домой я вернулся похудевшим на 10 килограммов, потому что кормили нас вареной капустой и кашей. Самым большим деликатесом были два вареных яйца по воскресеньям.

— Не до смеха вам было в то время.

— Почему же? На все происходящее я смотрел глазами юмориста. Слушая очередной словесный перл командира, мог расхохотаться прямо в строю, за что меня, естественно, сажали на гауптвахту. Но я ничего не мог с собой поделать. Например, наш прапорщик докладывал командиру роты после ночного обхода, что в тумбочке рядового Гусева он, цитирую дословно, «обнаружил четырех голых женщин, одну отодрал», и так далее.

— С кем-то из сослуживцев поддерживаете отношения?

— К сожалению, нет. Мы обменялись телефонами, адресами, какое-то время переписывались, но постепенно жизнь всех разбросала.

— Даже после того, как вы стали известным, никто так и не напомнил о себе?

— Из армейских друзей — нет, зато появилась масса новых «родственников». Честно говоря, не подозревал, что фамилия Дроботенко настолько распространенная. Уже стало традицией, что после концерта в гримерку заходит мужчина или женщина и спрашивает: «Я — Дроботенко, может, мы родственники? Ваша мама случайно в 65-м году не училась в Воркуте? Или папа в Хабаровске не оканчивал ПТУ?» Или уже вечером в гостинице стоит мне склонить голову к подушке, как звонит телефон: «Здравствуйте, Сергей, вы не могли бы помочь…» И начинается рассказ на полчаса. Я тактично слушаю, но всех обогреть и всем помочь не получается физически.

— А если у вас кто-то из коллег просит взаймы, вы чаще отказываете или даете?

— Всегда даю. Хотя говорят, что это плохо. Есть восточная мудрость: «Хочешь испортить с человеком отношения — дай ему в долг». И, честно говоря, это правда. Но мне самому очень сильно помогли. Я в 2000 году собрался купить в Москве квартиру. Но денег не хватало. И я позвонил Евгению Вагановичу Петросяну. Он спросил: «Сколько тебе надо?» — «Шесть тысяч долларов». — «Приезжай, бери».

«Сухари сушить пока рано»

— СКОЛЬКО времени на тот момент вас знал Петросян?

— Два года. Он был первый, к кому я пришел в Москве, когда приехал из Омска. Через секретаря передал Евгению Вагановичу кассету, на которой были записаны мои эстрадные номера. Полгода не было никаких известий. По правде говоря, я особо и не надеялся. Понимал, что у него миллион таких мальчиков из провинции. И вдруг он мне звонит. Я тогда жил в Москве в общежитии гостиничного типа. Там на вахте сидела бабушка, которая и пошла меня разыскивать. Когда я наконец подошел к аппарату, Петросян спросил: «А что ты так долго к телефону идешь?» 
— Сейчас вы влюблены?

— С моей девушкой мы встречаемся полтора года. Но я пока до конца так и не понял — это любовь или все-таки увлечение.

— Влюбленность помогает или мешает вашей работе?

— Помогает, потому что это сильное вдохновение. Но по этой же причине и мешает. Я постоянно думаю о любимой, не могу сконцентрироваться на работе. В таком состоянии трудно написать хорошую шутку.

Обещание крестного отца

— ОДИНОЧЕСТВО трудно переносите? — Не скажу, что я уж прямо такой одинокий человек. Да и думать об этом особо некогда. Если все-таки взгрустнется, звоню кому-нибудь из друзей. Мы собираемся, разговариваем. Приступов классической депрессии, когда человек неделю лежит на диване с холодным полотенцем на голове, у меня не бывает.

— Кому вы позволяете видеть свои слезы? Девушке вашей позволяете?

— Я при ней пока не плакал. Слава богу, не было таких ситуаций. Могу заплакать, если речь идет о потере близкого человека.

Бывает, наворачиваются слезы после очень неудачного выступления. Когда зал слушал, но так и не откликнулся. Но это происходит редко. Не думайте, что я постоянно, как царевна Несмеяна, плачу в своей гримерке.

— Чем вы сами себя в последнее время побаловали?

— В конце июня отправлюсь в город Париж. Еду со своей любимой девушкой, мамой и крестным сыном Серегой, которому 11 лет. Кстати, родители назвали его Сергеем в честь меня. Я сдуру лет пять назад пообещал ему, что мы обязательно съездим в Париж в Диснейленд. Мальчик запомнил и постоянно при случае спрашивал: «А когда же, дядя Сережа, мы отправимся?» Мне уже стало стыдно, да и ребенок растет.

— Есть какое-то место, где вы отдыхали и потом опять туда возвращались?

— Если говорить о курортах, то это полуостров Пхукет, южная окраина Таиланда. Там сказочная природа: белоснежный песочек, фиолетово-зеленое море, пальмы, температура воды +32 градуса. Сказка.

— А что вы делаете, когда сильно устаете?

— Лучшее средство — сон. Когда приезжаю вымотанный с гастролей, первым делом отключаю все телефоны, потом доползаю до кровати и сплю столько, сколько требует организм. Бывает, по 14–16 часов. Ведь на концертах мы устаем не только эмоционально, но и физически. Например, я как-то специально взвешивался до и после концерта. Оказалось, что за программу теряю в весе два килограмма.

— Вас самого легко рассмешить? Ну, вот когда вы последний раз просто так смеялись?

— Несколько месяцев назад ко мне привязался мужик из соседнего подъезда, просил пригласить на концерт. Недавно у меня было выступление в Москве, я его позвал. Оставил на кассе две контрамарки.

Наступил день концерта, до начала программы еще целый час. Я репетирую на сцене и вдруг замечаю за кулисами своего соседа с женой. Увидев меня, он приосанился и сказал: «Я обещал — я пришел».

<< Назад